Каким-то чудом она не разбилась и сейчас смотрела на меня своими невидящими глазами из груды изъеденных мышами подушек. Заныв, как придавленный кот, Торн отпрянул назад и повалился на пол, дрожа и корчась в агонии. Между пальцами, из разбитого носа и ран на щеках сочилась кровь. На чердаке было темно и мрачно – тусклый серый пучок света проникал сюда через грязные слуховые окошки, а воздух был спертый и влажный из-за весеннего дождя. Некоторое время я неуверенно стояла и смотрела на поднятые мной клубящиеся облака пыли над окружающим меня всяким хламом.
Я с радостью заняла свое место между родителями, как раз вовремя, потому что по гравийной дорожке, ведущей к дому, уже шуршали колеса экипажа, оповещая о прибытии первых гостей. Даже папа, и тот не раз говорил маме, что рано или поздно Клеменси попадет в какую-нибудь переделку и ей придется собирать вещички. Но мама только улыбалась, качала головой и мягко упрекала отца, напоминая, что этой девочке и так выпала горькая доля, и мы должны быть более снисходительны к ней.
Папа и мама еще раньше растворились в толпе, оставив свою бедную дочь наедине с ее мыслями. Но я была рада, потому что хотела немного отстать от остальных, чтобы попытаться встретиться с Николасом. Теперь, когда почти все собрались, лужайка перед домом заполнилась смехом и разговорами, лаем рвущихся вперед гончих.
Так вот, все девушки выбрали образы именно кошкодевочек. К моей вящей радости, после знакомства на меня перестали обращать внимание. Я налили себе сто грамм виски и, убедившись, что на меня никто не обращает внимание, залпом выпил.
Поэтому он решил заняться Лиззи, чтобы использовать ту для своей же выгоды, в чем никто не сомневался. Хотя девица и обладала какой-то животной хитростью, честно говоря, она не была слишком смышленой, а ее тщеславие было всем известно. Я догадывалась, Лиззи подозревала, что Ники на самом деле не любит ее.
Теперь надо быстро прикинуть репертуар, хотя я уже, в принципе, его придумал. — Хм, — задумчиво посмотрел на меня Весемиир, — вообще, у тебя должен быть устав, его всем поступающим рассылают. Ладно, добавлю тебе одну интересную книгу. Там устав с комментариями, правда, рукописными. Какой-то студент мне несколько лет назад продал.
Ники поступил бы правильно, если б врезал тебе как следует. Мне даже страшно подумать, что бы сделал дядя Драко, если б узнал, как не только мы, но и его лошади подверглись опасности из-за твоей дурости. Вдруг мне показалось, что я оглохла, настолько пронзительна была окружающая меня тишина. Но это была вовсе не тишина, просто все звуки окружающего мира вдруг превратились в какой-то шум в ушах и стук крови в висках. Ее кобыла падала… Инстинкт заставлял меня гнать Черного Пирата, пришпоривая и толкая вперед.
Нет, жертвовать собой я не собирался, но тем не менее почему-то такие слова слышать было неприятно. — Тогда с большой вероятностью сработает. Если только это не умудренный годами битв ветеран с несгибаемым характером, способным противостоять любым вмешательствам извне. Но поверьте, господин, таких я видела очень мало.
После ухода брата, Лиззи медленно вышла из библиотеки, онемевшая и ошеломленная, как человек, получивший сногсшибательный удар. Я, испугавшись, что она сейчас потеряет сознание, бросилась к ней, умоляя сесть и рассказать, что произошло. Но Лиззи как будто ничего не слышала и сбросила мою руку со своей, зашипев, как дикая кошка и поцарапав меня. Я так испугалась, что отскочила назад, щека горела там, где ее острые ногти прошлись по мне. Не извинившись, жена Николаса бросилась наверх, в свою комнату. Но, несмотря на все происходящее в стране, не думаю, что у тех, кто работал на разработках Чендлеров, было достаточно причин, чтобы возмущаться.
Глаза открылись с трудом, во рту была сухость. Пить хотелось как после грандиозной пьянки. Это были самые долгие и скучные несколько дней в моей жизни. Слишком сладко и страшно, потому что это лучший секс в моей жизни.
Появится непреодолимое желание убить тирана, отомстив за все беды, которые он принес на родную землю. Он проходит омовение, надевает на себя чистые одежды, и хоть и теряет цветок жизни, является в родной Урук обновленным, освященным благословением. Краткое содержание эпоса о Гильгамеше не подчинено строгому логическому изложению. Поэтому нет возможности проследить последовательно, как развивался герой, какие были у него интересы.
Затем появилось системное сообщение, которое слегка озадачило. Последняя мысль заставила содрогнуться и быстро, решительно отправить сжатый кулак к остальным. Осталась только золотая лира, чье ослепительное сияние становилось совершенно невыносимым.
Через несколько секунд я держал сияющую золотую гитару с серебряными струнами, по корпусу были нанесены магические руны. «Если она просит за него, значит, пощада точно возможна. Я могу обернуть это так, что существует участь хуже смерти». — Быстро оценив состояние девушки, я взял ее под руку. От неожиданности та споткнулась и рухнула прямо на меня, невольно прижавшись плотнее.
- Бросившись в соседнюю комнату, я вложил меч в ножны, и начал плести заклинание.
- А такого уже не перенести, потому что эта женщина была превосходной матерью.
- Карие глаза были прищурены, когда он осматривал своих подопечных.
- »Восточное Жируо очень хотело подтвердить эту точку зрения.
Мы выпили, после чего я наконец решил более подробно осмотреться. И кстати, тут уже заиграла музыка и по нему начали скользить вальсирующие пары. Но танцевать я не умел, а те же аристократы в этом мире этому учились с пеленок. И когда передо мной появилась раскрасневшаяся Бутурлина, я понял, что сейчас мне предстоит испытание. Девушка присела в церемонном поклоне. Достаточно откровенное голубое платье с открытыми плечами и глубоким разрезом, в котором можно было при желании много рассмотреть.
Глава 35
Его заклинание распалось, а магистр недовольно посмотрел на нас. Когда я вошел в комнату, то закрываться не стал. Пройдя по комнате, сел на диван и начал ждать.
Убедиться, что мать умерла и вызвать полицию порно через несколько часов. В Оболонском районе столицы трое молодых людей с оружием напали на пассажира автобуса после ссоры. Сегодня, 14 февраля, в соцсетях появилось видео жестокого задержания мужчины компанией людей в военной форме.
Ты же знаешь, что дед Чендлер ненавидел отца, и, вместо того, чтобы предоставить сыну место в Холле, поставил его убирать навоз в конюшне. Конечно же, это не мое дело, и мне не следует совать свой нос, куда не просят. Но, тем не менее, ты моя кузина и я всегда любила тебя гораздо больше других наших родственников.
Глава 19 «Крестный отец Нижнего Новгорода»
Она также, словно опытная мадам борделя, помогает начинающим артисткам, предоставляя им возможность через постель завоевать благосклонность богатых бизнесменов». Ман-Ман, что именно ты сделала, чтобы они так тебя боялись? – не в силах сдержать свое любопытство, наконец, спросила Ся Цинвэй. Но кто же знал, что старая мадам Хан закажет места, настолько «скрытые среди толпы».
Стало очевидным, что с возвращением «Свободного сердца», наконец-то прибыл и корабль Элизабет. Хотя их нельзя было назвать идеальной парой, она и Ники начали с того, что оставили, когда средний сын Чендлеров скрылся из Хайтса, как будто и не было этой трехлетней разлуки. По-видимому, Лиззи была по-прежнему влюблена в него. Но я подозревала, что Ники не любил ее.
Даже легкая улыбка не меняла этой картины. Я бросил взгляд на явно нервничающую брюнетку, которая сверлила меня глазами и кусала губы. Мысленно хмыкнув, я подмигнул ей, и мы вчетвером покинули участок. На улице, немного отойдя, адвокат посмотрел на меня.
На какое-то время показалось, что Николас смягчился, и с моих губ сорвался вздох облегчения. Потом он решительно выдвинул подбородок вперед, и я поняла, что моя судьба решена. Свободной рукой он потянулся к моей шее и принялся развязывать тесемки накидки.
Подобрав свою растоптанную шляпку, девушка вскочила на коня. Хитрое, мстительное выражение исказило ее классическое, холодное, прекрасное лицо. Лицо Ники перекосилось от гнева, когда он подъехал. Ужасно ругаясь, совсем не по-джентльменски, юноша кричал на Лиззи, пока я приближалась к ним, чтобы посмотреть, не ушибся ли кто-нибудь. К счастью, Ники не пострадал, а Лиззи, хотя и тряслась так же сильно, как я, и она еще неделю будет содрогаться, вспоминая этот инцидент, тоже не пострадала. Больше всех досталось ее шляпе, которая была растоптана так же, как и ее гордость.
Нет, это был не сон, и я уже больше не девушка. «Конечно же, она была с ним», – снисходительно решила я. Для меня он теперь ничего не значил – даже больше, чем ничего. И если бы я вышла за него замуж, он сделал бы мою жизнь невыносимой, именно об этом и предупреждала меня однажды Анжелика.
Ого, хоть одна хорошая новость, меня здесь тоже зовут Александром… И вдруг только сейчас я понял, что про газеты мог погорячится. Вот это был бы эпический провал, такое потерей памяти не объяснишь. В любом случае надо следить за своим языком. А вот о том, что я могу и не уметь читать на местном языке, совсем не подумал. Хотя разговаривали-то со мной на чистом русском. И вряд ли газеты будут напечатаны на каком-то другом языке.
Но вся красота вечера померкла, когда Ники сел рядом. Его черные шелковые панталоны слегка зашуршали, когда коснулись каменной скамейки. Этот звук нарушил наше наслаждение ночью, и я вдруг ясно осознала близость юноши. Мое тело дрожало как у испуганной самки оленя, настороженной и готовой к побегу. Хотя я и хотела этой близости, даже дерзко поощряла это, теперь вдруг испугалась, лишь только подумала о возможных неприятных последствиях, если нас увидят здесь в саду одних.
После этих слов глаза Джеррита потемнели от только ему одному известных эмоций, а челюсти сурово сжались. В эту минуту, в полумраке чердака, он показался гораздо старше своих тринадцати лет и стал так похож на своего отца, что я даже вздрогнула, по моему телу побежали мурашки. Какая же ты грубая, кровожадная девица, Лаура! – холодным тоном заметил Джеррит, осуждая мое, совсем недостойное леди, поведение. Он стоял и отряхивал пыль со своей одежды. Ты знаешь, как папа относится к дракам.
Открыть еще один поток хотелось каждому. Отпрыгнул в последний момент, и быстро начал плести заклинание защиты. Я начал плести заклинание, но явно не успевал. Спал я в воскресенье до обеда и проснулся выспавшийся и совершенно здоровый. А после накинулась на меня, совсем как путник в пустыне на родник с чистой водой.
Не знаю, как мне удалось пережить тот вечер. Я пила, танцевала и улыбалась, пока от усилий не заболели мышцы на лице. Мне хотелось выглядеть так, чтобы окружающие поверили, что эта девочка просто без ума от помолвки. О, как мне сейчас не хватало моей плетки. Я с таким бы удовольствием ударила это красивое надменное лицо, на котором уже красовался розовый шрам!
Мама же, такая хорошая, добрая и искренняя, будет глубоко шокирована всем тем, что привело меня в такое отчаяние. Она, очевидно, ужасно разочаруется во мне и будет обвинять себя за поведение своей любимицы, думая, что каким-то образом недосмотрела за ней. А такого уже не перенести, потому что эта женщина была превосходной матерью. Я сама во всем виновата, это я не оправдала ее доверия.
Но тогда мне еще было восемнадцать лет. Я не была настолько бесчувственна, чтобы с возрастом не захотела бы поучиться всему, что не знала. Хотя, как говорили бабушка Шеффилд и тетя Мэгги, их молодая родственница всегда будет женщиной смелой и стремительной, которая чаще руководствуется головой, чем сердцем.
Я только опасалась не понравиться, потому что совершенно ничего не смыслила в этом, а то, что познала ранее, этой ночью, оставило у меня ужасные впечатления. Его поцелуи, быстрые и легкие, как крылья бабочки, покрыли мои веки, губы, виски. Я даже и не подозревала, как медленно может язык мужчины обвести мои губы, прежде чем проникнуть во влажное тайное местечко внутри. Мои руки сами обвили его шею; вся дрожа, я подняла к нему лицо и коснулась губами его рта. Его пальцы грубо вцепились мне в волосы, приподнимая голову вверх, заставляя смотреть ему прямо в глаза.
Ее молнии из-за спин стражников оказались весьма эффектным оружием, тем более что она грамотно разобралась в ситуации и целила по крыльям. Без них нападавшие переставали представлять какую-то либо серьезную угрозу. Уна щедро делилась со мной силой, восполняя ману и предупреждая, когда кто-то пытался зайти со спины.
У меня появилось странное предчувствие, что внезапный приход этого человека означает большие перемены в жизни окружающих. За пределами нашего церковного прихода мир тоже не стоял на месте. Итак, я была спасена от стыда, что отдалась Джерриту еще до свадьбы, и все разговоры и сплетни были теперь направлены на бедную Клеменси. Мы предусмотрительно помалкивали, и поэтому всем сообщили, что она вдруг неожиданно появилась в сторожке, избитая и истекающая кровью, прося о помощи.
«Наверное, это кто-то из рабочего поселка, – подумала я, – поэтому ей известно, что я жена Джеррита». Спальня Джеррита располагалась в южной башне, и именно сюда привела меня тетя Мэгги, чтобы я могла разделить ее со своим мужем. Мне этот жест не показался как приготовить взрывчатку безнадежно устаревшим. Может, где-нибудь и было модным, чтобы у мужа и у жены были разные спальни, – но только не в Грандже и Хайтсе. Дом почти полностью был построен из гранита, который как-то сверхъестественно поблескивал в серебристых сумерках.
— главный злодей 6 части и священник. Является братом-близнецом Везера Репорта. У Энрико также была искривлённая с рождения стопа. Был воспитан как католик и решил избрать путь священника уже в 15 лет. Однажды он встречает человека в церкви, который скрывался от солнечного света, после недолгого разговора, незнакомец мгновенно вылечил ноги Энрико, им оказался Дио Брандо.
На белом снегу, как эпизоды из кошмара, валялись тела. Кровь окрасила снег, создавая жуткую картину. А снег продолжал падать, словно ничего и не было. Магистр выглядел таким довольным, словно это у него магия открылась. Не понимаю причину его вселенского счастья.
